Белов Алексей Петрович

Потеряв судно в Одессе, приехал к Ивану просить деньги в долг (60 000 рублей — огромная сумма по тем временам). Иван отказал, сказав, что «бизнес — не стройка». Они разругались в пух и прах. Не разговаривали 5 лет, до тех пор, пока Алексей не прислал посылку с севастопольскими ракушками и запиской: «Починил калитку в твоем саду». Оказалось, он тайно приезжал в Саратов и починил старую дачную калитку, которую Иван не мог починить 10 лет. Это стало их немым примирением.

Вернувшись из командировки, приехал к брату в Саратов. Они впервые за 20 лет напились вместе (Иван обычно не пил). Алексей плакал и рассказывал, как иногда сидит в каюте ночью, смотрит на звёзды и думает: «А где мой дом? Где моя комната? Где брат?». Он признался, что в море ему снятся саратовские тополя и скрип старой калитки.

Женился на гречанке по имени Елена в пиратском порту Пирей. Брак был фиктивным (чтобы она получила советское гражданство), но в итоге они прожили вместе 40 лет. Иван на свадьбе не присутствовал из-за строительной стройки, но прислал телеграмму: «Строй свой дом на суше, а не на волнах», — на что Алексей ответил: «А мой дом — это кают-компания».

Первый раз сошел на берег в иностранном порту (Пусан, Южная Корея). Втайне от всех привез оттуда пару джинсов и жвачку, но на таможне в СССР их конфисковали. Написал об этом брату письмо, где ругался нецензурно, и это единственное письмо, которое Иван хранил всю жизнь как самый смешной семейный артефакт.

В эвакуации по ошибке чуть не съел кусок хозяйственного мыла. Иван, заметив это, выбил мыло у него из рук — с тех пор Алексей считал, что брат спас ему жизнь, и всегда относился к Ивану с особым уважением, хотя внешне постоянно с ним спорил.